|
Page 2 of 2 Утверждения о боевой непригодности сопровождали СВТ-38 всю ее историю, но тут существует одна странность. Дело в том, что в частях морской пехоты, где СВТ была практически штатным оружием, нареканий она не вызывала, что было связано с высоким уровнем технической подготовки моряков. В пехоте же, у «Вани от сохи», ее сняли с вооружения через год после начала Великой Отечественной; в 70-х гг. СВТ стала поступать в продажу как нарезное охотничье оружие, и тоже нареканий у своих владельцев не вызывала. Так может дело вовсе не в оружии, а в умении солдата пользоваться им? Апофеозом творения г-на Соколова можно считать второй абзац на стр. 95.— в нем Соколов умудрился в одном бою «уничтожить» 67 тяжелых танков Т-35. Эти машины были выпущены Харьковским паровозостроительным заводом в 1932–39 гг. в количестве 61 штуки (плюс 2 прототипа); количество этих танков в строевых частях редко превышало 50 единиц. Все строевые Т-35 погибли, судя по архивным документам, но лишь полтора года спустя во время летних боев 1941 года. Мало того, автор упустил из вида, что эти танки вообще не принимали участия в Зимней войне. Кстати, если бы они и принимали участие, то финской противотанковой артиллерии были бы явно не по зубам — до 1939 года это был единственный в мире крупносерийный тяжелый танк с противоснарядным бронированием. Немало позабавил рассказ о более широких, по сравнению с гусеницами БТ, гусеницах танка Т-26 и, соответственно, его лучшей проходимости (см. стр. 129) — желающие могут съездить в музей на Поклонной горе (г. Москва) и сравнить гусеницы «живого» Т-26 с останками гусениц БТ-7. Наш пострел везде поспел! «12 июля 1943 г. у деревни Прохоровка произошло крупнейшее танковое сражение Второй мировой войны между 5-й гвардейской танковой армией генерала Павла Ротмистрова и 2-м танковым корпусом СС группенфюрера Пауля Хауссера. 850 советским танкам противостояли 273 немецких. Безвозвратные потери вермахта составили 5 танков, а Красной Армии — 334 танка. Сталин раздумывал, стоит ли расстрелять Ротмистрова за бездарно проигранный бой, и в конце концов решил, что не стоит. Впоследствии Прохоровка была обьявлена грандиозной советской победой, сорвавшей немецкое наступление на Курск с юга. Ныне на Прохоровском поле стоит памятник в честь мнимой победы советского оружия. Не правильнее ли сделать его памятником скорби по всем нашим соотечественникам, погибшим в Курской битве?» газета «ИЗВЕСТИЯ» 12 июля 2000 г. № 127 (25719) Вот так вот. Мы потеряли 334, а немцы всего 5 танков, ни больше ни меньше! И победа наша, оказывается, была «мнимой». Погибли тысячи наших дедов веря, что они погибнут, но победа будет нашей, а некто г-н Соколов их все одним махом раз! — и списал в «мнимые». Особенно умиляет авторский комментарий к воспоминаниям Хаджен-Умара Мансурова (стр. 175, второй абзац.). После абзаца, в котором последний описывает свой разговор с начальником разведотдела армии на предмет диверсии-подарка к 21-й годовщине РККА и свою просьбу не приурочивать ее к празднику, автор иронизирует: «...видимо, Хаджен-Умар Джионович всерьез полагал, будто финны будут ждать этого подарка к годовщине РККА». Может, г-н Соколов и не читал своей книги, но я прочел и убедился — зря он ерничал. Все, изложенное вслед за авторским комментарием, подтверждает, что финнов этот подарочек не очень-то удивил; о склонности руководящего состава РККА делать подарки себе любимым и вышестоящим товарищам к красным датам календаря всей Европе было известно еще со времен Гражданской. Единственно «невнимательностью», не знаю правда чьей, могу объяснить тот факт, что радиограммы от разных окруженных подразделений и датированные разными числами, совпадают по содержанию вплоть до запятой:
— стр. 179 и 185;
— стр. 180 и 185;
— ств.185 и 187. Теперь о мелочах. Автор так хорошо знаком с мнением командования Люфтваффе, что говорит о Восточном фронте в годы Отечественной войны как о полигоне для зеленых немецких летчиков (стр. 120). Правда, боюсь, что более двух третей из погибших за войну немецких пилотов с его мнением не согласятся — «тренировки» на этом «полигоне» стоили им жизни. Интересно было узнать о существовании американского эмбарго на поставки нефти в СССР, из-за чего якобы обострился дефицит бензина. Именно это, как оказалось, отрицательно сказалось на дальнейшем процессе подготовки кадров для танковых и механизированных корпусов. Правда с этим не стыкуется тот факт, что в Отечественную войну американский высокооктановый бензин шел только в авиацию для ленд-лизовской техники, а всю остальную Красную армию снабжали нефтью Бакинские, Грозненские и Майкопские промыслы, а с 1943 года и Татарские. Причем ее было столько, что до войны СССР торговал нефтью на европейском рынке. На остальные ляпы, честно говоря, уже не хочется тратить время, хотя, пожалуй, стоит упомянуть перл с погонами и формой РККА обр.1943 г. (стр. 398). Перекрашенная и перешитая трофейная немецкая форма на советских солдатах — это вообще без комментариев. Пикирующий бомбардировщик Пе-2 поздних серий, атакующий «финский военный объект» (так в книге) в период Зимней войны — из той же оперы о пространственно-временном кретинизме. Рецепт от подобных «историков», надергавших материал из разных печатных источников, прост — прежде чем покупать книгу, взгляните в источники. Если там нет ссылок на номера архивных дел (в краткой библиографии даны ссылки лишь на издания других авторов), то это почти наверняка очередной компилятор. Автор: Петр ЗАИКА
Литературная обработка: Валерий Потапов
|
