Сообщение

Калининский рейд

Печать
Share
Впервые опубликовано 25.09.2005 19:12
Последняя редакция 24.06.2010 18:50
T-34–57 майора Лукина, подбиты...
Еще одно фото танка майора Лук...

Это был первый снег в Подмосковье зимою 1941 года. От непривычной белизны бойцы щурили глаза. Со стороны шоссе Волоколамск-Калинин отчетливо доносились шум машин, треск мотоциклов, стук и грохот колес орудий. Гитлеровцы перебрасывали свои войска в Калинин.

Поступил приказ дать противнику бой. На окраине поселка Тургиново, который был взят накануне, разместилась бригада, шла подготовка. Дозаправлялись танки, машины, проводилась подтяжка гусениц, регулировка фрикционов, укладывались боеприпасы.

Командир полка Герой Советского Союза майор Михаил Алексеевич Лукин склонился над картой и, прочертив красным карандашом упирающиеся своими остриями в Калинин две стрелы, сказал:

- На людей надеюсь. Не дрогнут. Но придется нам туго. Танки могут идти только по Волоколамскому и Тургиновскому шоссе. С них не съедешь — лес и болота. А сил у фашистов здесь предостаточно.

И снова командир полка погрузился в раздумья. А потом решительно сказал:

- Но и медлить нельзя. Комбриг прав. Если мы не ударим по фашистам, они сконцентрируют войска, опрокинут нас и поведут со своего левого крыла наступление на Москву.

Все мы — и командиры, и политработники, и рядовые солдаты — понимали, какая сложилась обстановка. Требовалось любой ценой ослабить врага, помешать ему создать ударный кулак на очень опасном участке фронта. Танкисты рвались в бой.

Утро 17 октября. Еще не развеялась ночная мгла, однако танки выходили на исходные позиции с выключенными фарами. Двигатели приглушенно работали на малых оборотах. А оба шоссе тем временем оживали. Сначала мимо наших наблюдателей промчалось несколько мотоциклов. За ними показались броневики, далее двигались крытые брезентом грузовики, автобусы, тягачи с длинноствольными пушками, легковушки. Столько соблазнительных целей! Но ударить по ним пока нельзя — нет сигнала. Наконец в шлемофонах раздалось: «Три-три-три».

Взревели двигатели. Как и было задумано, первая колонна танков во главе с командиром батальона Героем Советского Союза М. П. Агибаловым неожиданно появилась на Волоколамском шоссе и начала крошить, давить, расстреливать технику и живую силу врага. Тридцатьчетверки подминали под себя тупоносые грузовики, побеленные легковые машины, автобусы, ломали стволы пушек. Автоматчики прямо с брони расстреливали разбегавшихся гитлеровцев. Так же действовали танкисты и на Тургиновском шоссе, куда вырвался полк Героя Советского Союза М. А. Лукина.

Рейд начался удачно. Удар был ошеломляющим, и фашисты на первых порах в панике разбегались. Однако вскоре противник начал спешно организовывать отпор. Когда наши танки достигли деревни Пушкино, в небе появилось несколько десятков «юнкерсов». Они обрушили на прорвавшихся бомбовые удары. Дала о себе знать и артиллерия противника.

Однако наступление продолжалось. Начальник штаба бригады майор Д. Клинфельд принимал одно за другим донесения: «Двигаемся вперед», «Пройдены Пушкино, Прокофьево», «Достигли Иванцово». Командир бригады взглянул на карту. Уже близка главная цель — Калинин. Но... (на войне много бывало таких «но») число бомбардировщиков в воздухе росло. На шоссе, зажатом с двух сторон лесом, сманеврировать было невозможно, и танки один за другим начали выходить из строя. Несмотря на все это, экипажи дрались героически — восемь машин достигли окраин Калинина. Одной из них командовал старший сержант Горобец. С самого начала атаки его танк шел во главе колонны первого батальона. Когда стали рваться бомбы, Горобец то и дело поторапливал механика-водителя Литовченко:

- Жми! Вперед! Скорость, главное скорость!

Стрелка спидометра достигла предельной цифры — 50. И вот на горизонте показались заводские трубы Калинина. В это время танк Горобца настиг еще одну фашистскую колонну. Шоссе забито медленно движущимися автобусами, мотоциклами, фургонами. Гитлеровцы не предполагали, что их догоняет советский танк. Очередная команда Горобца — и наводчик орудия Коломиец посылает в гущу колонны осколочные снаряды. Горят машины, фашисты бегут.

- Федя, жми! Постушин, Коломиец — огонь! — снова раздается голос командира.

Стремительно проскочив переезд через железную дорогу, тридцатьчетверка промчалась мимо охваченной пламенем фабрики «Пролетарка» и двинулась к центру. И тут — сильный удар по броне. Танк загорелся. Задыхаясь в дыму, танкисты все же сумели погасить пожар. На предельной скорости танк вырывается к площади Ленина и... сталкивается с вражеской автоколонной. Литовченко крепче сжимает рычаги управления и таранит головную машину.

Миновав город, танк вышел на Московское шоссе. У элеватора он снова подвергся обстрелу. Танкисты ответили единственным выстрелом, израсходовав свой последний снаряд. А вскоре в деревне Городище бойцы 5-й стрелковой дивизии с удивлением наблюдали, как из расположения врага появился одинокий советский танк с цифрой 3 на борту. Насторожились, думали фашисты прибегли к какой-то хитрости. Но танк действительно оказался советским.

Героический танковый экипаж был отмечен боевыми наградами, а его командир старший сержант Горобец удостоен звания Героя Советского Союза. В том бою погибли командир первого батальона М. П. Агибалов и командир полка майор М. А. Лукин, чей танк вы видите на фотографиях.

Автор: генерал-майор запаса А. Витрук

 
Оцените этот материал:
(8 голоса, среднее 5.00 из 5)